Бессмертный лотос: Об истории и культуре Индии (спец от ПНП)

Бессмертный лотос: Об истории и культуре Индии (спец от ПНП)

Сообщение PNP » Ср июл 08, 2009 11:58 am

Здесь будут очерки из истории и культуры Индии для тех, кто не учился на истфаке университета, но желает углубить и расширить свои знания об этой стране...
Последний раз редактировалось PNP Ср июл 15, 2009 11:50 am, всего редактировалось 2 раз(а).
Ничто не грозит спелому плоду, кроме падения;
ничто не грозит рожденному на свет, кроме смерти...
(Древняя индийская мудрость)
PNP
 
Сообщения: 1074
Зарегистрирован: Сб окт 27, 2007 4:44 pm
Откуда: Ленобл

Статьи из книги "Бессмертный лотос"

Сообщение PNP » Ср июл 08, 2009 12:01 pm

Для начала предлагаю вашему вниманию несколько статей из книги:

Изображение
Последний раз редактировалось PNP Ср июл 08, 2009 12:41 pm, всего редактировалось 1 раз.
Ничто не грозит спелому плоду, кроме падения;
ничто не грозит рожденному на свет, кроме смерти...
(Древняя индийская мудрость)
PNP
 
Сообщения: 1074
Зарегистрирован: Сб окт 27, 2007 4:44 pm
Откуда: Ленобл

Древнерусские представления об Индии

Сообщение PNP » Ср июл 08, 2009 12:03 pm

А. С. ДЕМИН

ДРАГОЦЕННОСТЬ ФАНТАЗИИ
(Древнерусские представления об Индии)

Что толку в давно устаревших или просто нелепых представлениях об Индии? А толк тот, что мы лучше начинаем понимать секреты своего собственного мироощущения.
В Древней Руси понятие «Индия» не связывалось с определенными практическими делами — с политикой, торговлей, путешествиями и пр. Ни один памятник древнерусской литературы не выражал стремления автора обязательно побывать в Индии. Даже знаменитый Афанасий Никитин в XV веке вовсе не намеревался забраться «за три моря» и описать свое «хожение». Он поехал из Твери торговать на Кавказ. Но ограбили его и его товарищей около Астрахани — хорошо, не убили, а «отпустили голыми головами». Что делать? Афанасий Никитин, вероятно, был весь в долгах: «У кого что есть на Руси, и тот пошел на Русь. А кой должен, а тот пошел куды его очи понесли». Очи понесли Афанасия Никитина все дальше на юг в надежде как-то поправить свои дела. Так нежданно-негаданно он очутился в Индии, в чем и признавался со свойственной ему прямотой: «Аз же от многия беды поидох до Индея, зане же ми на Русь пойти не с чем, не осталось у меня товару ничего». Индия поневоле оказалась темой записок купца Афанасия Никитина.
Обычно же древнерусские книжники говорили об Индии в связи с духовными, умозрительными темами. Когда вставал вопрос о мироустройстве, тогда и упоминалась Индия — во множестве «Космографии» (описаний стран и народов земли), в «Повести временных лет» (летописи, которая начиналась с рассказа о разделе мира между сыновьями библейского Ноя), в «Александрии» (повести о походах Александра Македонского), в «Луцидариусе» (беседе учителя с учеником о небесах и земле) и т. д.
Индия мыслилась не просто как одна из частей мироздания, но как самый дальний и еле досягаемый земной предел, — «край земли», как бы другая вселенная, «тамо соткнуся небо з землею» (так определяли местоположение Индии «Александрия» и «Сказание об Индийском царстве»). Это представление бытовало на Руси более 700 лет, и даже в рукописной «Космографии» XVII века повторялось: Индия — «под самым востоком солнца» (Государственная библиотека СССР имени В. И. Ленина, собрание Лукашевича, № 6). Индия являлась необходимым элементом древнерусского мироощущения.
Те или иные предельные элементы всегда входят в состав общественного мироощущения, но они отодвигаются все дальше и дальше с течением времени. Сейчас для нас «Индией» служит понятие о дальнем космосе, о других созвездиях и галактиках. В повседневной жизни мы мало задумываемся о них. Однако заходит речь о мироустройстве — и эти «предельные» элементы тут же вспоминаются.
При всей гордости нашими знаниями, аналогия между нашими и средневековыми представлениями вполне допустима с психологической точки зрения. И для нас, и для древнерусских книжников предельный элемент мироощущения был не столько понятием, сколько образом. Дорога в Индию виделась невыносимо тяжкой — «моремь и пучинами и лодийным шествованием» («Повесть о Варлааме и Иоасафе»). А по суху еще труднее: «В тое землю трудно дойти человеком... и прилежит ко границе великое поле, яко невозможно прейти по нему в четыре лета» («Луцидариус»). Богатырю Еруслану Лазаревичу понадобилось почти полжизни, чтобы после разных приключений достичь индийского рубежа («Повесть о Еруслане Лазаревиче»). Разве в принципе нет сходства с нашей современной фантастикой, которая изображает такой же напряженный и опасный путь человека к мыслимым пределам Вселенной?
Фантастический образ Индии буквально расцвел в древнерусской литературе — примерно так же, как потом был развит образ космоса в литературе нового и новейшего времени. Дальний, почти бесплотный предел мира оказался огромным пространством: «Иньдейская глаголемая страна., велика бо сущи и многочеловечна», «страна великая Индия... пространство же имеет много и всюды зело широко, градов же бесчисленно много» — такие свидетельства часто приводились в повестях и «Космографиях». В одну сторону в Индии идти 10 месяцев, а до другой ее границы вообще не дойти («Сказание об Индийском царстве»). Царство-то в 36 «языков» («Александрия»). Сам Александр Македонский не смог обойти всю Индию. Дошел до какого-то места и поставил столп с надписью: «Олександр Макыдоньскыи доиде места сего» — и повернул назад («Летописец Еллинский и Римский»).
Воображение писателей вносило любопытные разноречия в картину местоположения Индии. Хотя Индия вроде бы ближе всех стран соседит с раем и даже примыкает к нему (а рая уже нельзя увидеть живому человеку), но за Индией оказывается еще много чего, — пещера, ведущая в царство мертвых; целые живые царства; народы, заклёпанные в неприступных горах («Александрия»), потом песчаное море: «И за тем морем не ведает никаков человек, есть ли тамо люди, нет ли» («Сказание об Индийском царстве»). И это не конец, потому что у такого пространственного образа нет конца.
Занимательное и утопическое содержание особенно развилось в образе Индии и окружающих ее мест. Древнерусские памятники полны описаниями страшных чудес Индии. Там есть магнитная гора, которая на расстоянии выдергивает железные гвозди из проплывающих кораблей, и корабли распадаются. Там есть озеро: бросишь в воду сушеную рыбу, и она оживает и уплывает. Там есть говорящие деревья, предвещающие при заходе солнца судьбу человеку. Там гигантские муравьи и черви затаскивают в нору людей и коней, а гнездо гигантской птицы ногой занимает 15 дубов. Моча крокодилов вызывает пламя. Но самое главное — люди: то рогатые, то трехногие, то четверорукие, то полупсы, то полуптицы, то полукони, то великаны, то карлики, женщины — «очи на плечах» и сразу рожают по 15 детей. «Люди мантикоры живут во Индийских странах, зубы у них в три ряды» (Государственная публичная библиотека имени М. Е. Салтыкова-Щедрина, рукописный сборник F. XVII. 15). И т. д. и т. п. Неиссякаемая фантазия на темы природы здесь всегда была резкой, яркой и даже отпугивающей.
Зато социально-утопические мотивы легенд и сказаний приближали Индию к сердцу древнерусских читателей. Дело не только в грезах о богатствах Индии — золоте, серебре, каменьях, которыми, по рассказам сочинителей, изобиловали индийские земли и реки, были увешаны палаты и изукрашены людские процессии в городах. Русским книжникам XI—XIII веков Индия казалась страной христианской. Там язычники принимают христианство, гонения на христиан прекращаются, растут храмы и монастыри, а индийский царь заявляет о приверженности православию: «Аз есмь поборник по православной вере Христове» («Сказание об Индийском царстве»). Древнерусская литература представляла Индию страной мудрецов — беседы этих мудрецов с царями и царевичами специально излагала большая «Повесть о Варлааме и Иоасафе» и еще одна большая повесть «Стефанит и Ихнилат». Довольно распространенным было убеждение, что в Индии существует целый народ мудрецов — рахманы — с идеально справедливым социальным строем. Один из книжников XV века довел это представление до крайности: «В них же несть... ни царя, ни купли, ни продажи, ни свару, ни боя, ни зависти, ни велможь, ни татбы, ни разбоя...» («Слово о рахманех и о предивном их житии»).
Все это психологически похоже на обогащение образов в современной космической фантастике, особенно нашей отечественной: те же преодоления колоссальных пространств героями, встречи с удивительными и потрясающими явлениями, существами и общественными строями, участие ученых в перестройке миров, борьба за социальную справедливость... Конечно, наши идеалы разительно отличаются от идеалов средневековья. Но в общей структуре человеческого мироощущения есть вечные составные части — главные и второстепенные. К «закоулкам» мироощущения относится представление о «концах» вселенной, куда может проникнуть человек. В каждую эпоху такое представление проходит относительно сходные этапы развития. Древнерусские представления об Индии хорошо иллюстрируют эту мысль.
Старинные тексты побуждают задуматься и о роли фантазии в нашем мироощущении. Не только лишь фантастические сведения об Индии ходили по Руси. Рациональное зерно имелось: знали и постоянно повторяли, например, что Индия «далече бо прилежить» Египта и Персии, что в Индии течет река Ганг и живут слоны. Однако реальные знания были утоплены в фантастических представлениях, настолько сильных и устойчивых, что, вопреки логике, нередко фантазия влияла на знания, а не наоборот. Так, уже не в XII, а в XVII веке русский поэт и дипломат А. С. Романчуков, побывав в Персии, сообщал о разных политических и военных делах, а также и об индийских диковинах: богатый царь индийский «обещает... полату насыпать полну золотом, какову укажет шахово величество»; известны «4 птицы, индейским языком гамзивы... говорят человечьим языком», — здесь проявилось застарелое ожидание индийских чудес, а не деловитость человека Нового времени.
Точные знания об Индии все равно проникали на Русь, и чем дальше, тем больше. Но происходил странный процесс: новые знания были как бы бесполезны для мироощущения. Примером служит путешествие Афанасия Никитина (в основном по Западной и Центральной Индии в 1471 —1474 годах). Знания вступили в борьбу с представлениями. Индию Никитин воспринимал не как предел вселенной, а обыденно: ехал столько-то дней и еще столько, плыл столько-то дней,— «и тут есть Индийская страна». А дальше тоже есть страны — Цейлон и Китай. Никаких страшилищ в Индии, люди как люди — «мужики и жонкы все нагы, а все черны». Не он им, а они ему дивятся: «Яз куды хожу, ино за мною людей много, да дивуются белому человеку». Ничего потрясающего: «...и погнался со многыми индеяны... И они же не учали ся от меня крыти ни о чем, ни о естве, ни о торговле...». Никаких чарующих богатств, все дорого: «А жить в Гундустани, ино вся собина исхарчити». Нет выгоды: «А на Рускую землю товару нет». Нет никакой надежды на родство вер, здесь их 84, и все иные, чем на Руси: «Ино, братие рустии християня, кто хощет пойти в Ындейскую землю, и ты остави веру свою на Руси...» А социальный порядок вовсе не справедлив и ох как знаком: «А сельскыя люди голы велми, а бояре силны добре и пышны велми». Старые представления об Индии оказались отвергнуты по всем статьям.
Однако Афанасий Никитин вовсе не стремился перевернуть старое мироощущение. Силен был напор новых впечатлений и наблюдений, но на уровне быта, стихийной россыпи, а не широких обобщений. Недаром в своем «Хожении» Никитин регулярно употреблял тюркско-персидские фразы: не мудрствуя лукаво, он перенял привычные восточные (и индийско-мусульманские) выражения или обозначения привычных ситуаций. Афанасий Никитин словно бы забыл о старом мироощущении, а лавину новых фактов не мог или не успел возвести к мироощущению новому (он умер на пути домой, не доезжая Смоленска, его путевые записки попали в чужие руки).
«Хожение» Афанасия Никитина было вставлено в летопись, как вставлялись «хожения» иных лиц в летописания и хронографы. Но вот что удивительно: сами сведения, сообщенные Никитиным, не произвели впечатления на Руси и потом никогда не использовались. Об Индии продолжали твердить по-старому. И не к одному Никитину так относились. И через 100 и 200 лет в государственных архивах продолжали отлагаться записанные сообщения послов, купцов или возвратившихся пленников об Индии. В Приказе тайных дел хранились «тетради в полдесть, а в них писано про Индейское государство, выбрано из разных писцов» — потерялись эти тетради. Реальные сведения не получали распространения в древнерусском обществе и не поколебали фантастику, которую продолжали усердно переписывать. Противоречия не замечалось. Почему? Вероятно, потому, что отрывочные факты, как бы их ни было много, не могут заменить цельного мироощущения. Точно так же отдельные новые открытия в космосе (например, об отсутствии каналов на Марсе или о чудовищном атмосферном давлении на Венере) до поры до времени не меняют мироощущения нашего. Мы с удовольствием продолжаем читать фантазии о прошлой высокоразвитой жизни на Марсе или о доисторической жизни на Венере. «Отсталое» мироощущение сосуществует параллельно с новейшими противоречащими научными фактами, пока те не объединились в крупную систему.
Системы реальных фактов были усвоены в России XVII века, и соответственно произошли изменения в отношении русских книжников к Индии. «Космографии» XVII века излагали уже более или менее выверенные данные: «Индея от Инду реки нареченна, которая не точию в люди и в неисчетные городы, но на всякия вещи, опричь меди и свинцу, богата есть и счастлива корением араматицким, сииречь перцом, имбирем и иными, таково же и жемчюгами паче иных государств богата, которыми весь свет наполняется. В той же Индее много островов, на которых родятся араматы, сииречь коренья благоуханные...» Этот текст переписывался во многих сборниках. Все здесь сжато и четко. Но теперь Индия выбывает из старого мироощущения и уже не представляется пределом мира. Это всего лишь одна из многих стран.
С середины XVII века проявляется тенденция подключить Индию к новому, так сказать, хозяйственному мироощущению. Была, например, составлена объемистая компилятивная «Космография» из 76 глав. Глава 68-я посвящена Индии. Принцип составителя таков: «А иные многие о Индии пишут баснословие, и я о том умолчу». Отобраны же факты по преимуществу хозяйственного значения: в Индии «везде земля пахотная», «однем годом всякие семена дважды родятся», «слонов толикое множество не толико к воиньским делам, но и к пахотным...», «змий ядят: те наподобие раков беловаты»; «финиково листвие вместо бумаги писчей имеют, а пишут на нем железным пером»; «мастеровые люди в великой чести» и т. д. Словом, можно туда поехать и с пользой поработать. Сведения увлекательны, но маловато фантазии — скудное мироощущение!
Однако и такой подход к Индии остался эпизодом в литературе. Во второй половине XVII — начале XVIII века возобладала еще более сухая, учено-географическая тенденция, — с соответствующим тяжелым языком. Вот характерные отрывки из переводных «Космографии»: «Пятая часть Азии — во Индейских странах, за рекою Кганкгис, многих царей державства, которые царства протягиваются от Арапского моря до великих гор Кгабоделам названых...» Или: «Земли великого могола называется... а от индицов великое Индастанское государство... Могольская земля граничит и с северу с великою Татариею и с востоку с лежащим по ту сторону реки Гангеса полуостровом...» (приведены цитаты из рукописей Государственной библиотеки СССР имени Ленина, собрание Тихонравова, № 249 и собрание Музейное, № 724). Сплошная география. Мировоззрение без фантазии. Факты без образов. А ведь именно образ — это основа литературного и художественного мироощущения.
С художественной литературой Индия разминулась на длительный период, до конца XVIII века, если не позже. Ведь нельзя считать литературой сообщение начала XVII века о путешествии Семена Маленького «с товарищи» в Индию; неизвестно кем составленный в середине XVII века в Астрахани (где был торговый двор индийских купцов) сборник с «Азбукой индийских книжных слов»; публикации документальных материалов об Индии, подготовленные известным просветителем Н. И. Новиковым в 1791 году; записки Филиппа Ефремова, а потом Герасима Лебедева об их деятельности в Индии в 1770-х — 1790-х годах (Герасим Лебедев даже организовал театр в Калькутте. Книги Ф. Ефремова и Г. Лебедева были опубликованы лишь в 1794 и 1805 годах).
Весь XIX век — это век подавляющего преобладания науки в подходе к Индии. Статья народного демократа Н. А. Добролюбова «Об Индии», филологические работы санскритолога П. Я. Петрова, энциклопедически многосторонние труды крупного ученого И. П. Минаева, создателя первой русской индологической школы, описания путешествий в Индию члена Русского географического общества П. И. Пашино, книга профессора Московского университета М. М. Ковалевского, в основном по политэкономии Индии, заслужившая высокую оценку К. Маркса, — все это была наука, добротная и, конечно же, необходимая.
А что же литература? Много времени понадобилось российскому обществу для постепенного образного осмысления новых фактов и новых взглядов — для выработки нового, не средневекового образа Индии. Что же, в нашей современной космической фантастике тоже не обходится без пауз, нужных для образного освоения и домысливания изменившихся научных построений.
Фантазия необходима. Даже самые строгие научные факты должно дополнять образное мышление. Без этого не возникнет мироощущения — одного из важнейших явлений нашей личной и общественной психологии. Вот вывод из наблюдений над древнерусскими представлениями об Индии.

Из книги: Бессмертный лотос: Слово об Индии… – М., 1987.
Последний раз редактировалось PNP Ср июл 08, 2009 12:45 pm, всего редактировалось 1 раз.
Ничто не грозит спелому плоду, кроме падения;
ничто не грозит рожденному на свет, кроме смерти...
(Древняя индийская мудрость)
PNP
 
Сообщения: 1074
Зарегистрирован: Сб окт 27, 2007 4:44 pm
Откуда: Ленобл

Слово летописи

Сообщение PNP » Ср июл 08, 2009 12:05 pm

СЛОВО ЛЕТОПИСИ

из книги, именуемой Луцидариус, то есть «златой бисер»

Глава 18.
Ученик. Как устроена Вселенная?
Учитель. Мир разделен на три части. Одна часть проходит через середину Вселенной. И так горяча она от солнца, что людям там жить невозможно. И во второй части Вселенной нет людям ни житья, ни бытья, потому что солнце там никогда не сияет. И там мороз, сильная стужа. В третьей же части Вселенной существует человеческая жизнь.
Ученик. А как делится эта третья часть Вселенной, на которой мы обитаем?
Учитель. Она тоже делится на три части, которые называются: первая — Азия, вторая — Европа, третья — Африка.
Ученик. Что находится в первой части?
Учитель. Азия — над ней первой восходит солнце. В той же части расположен рай, откуда солнце и встает. В раю течет источник. Из того источника вытекают четыре реки. Одна река называется Фисон. Когда она выходит за пределы рая, то тогда уже зовется Гангией. Вторая река — Геон. Та, выйдя из рая, называется Нилом. Третья река — Тигр. Четвертая — Евфрат.
Ученик. Как по раю текут те воды?
Учитель. Великими потоками выходят те воды из рая. Те воды охватили великую часть мира во Вселенной. Как передают нам книги, в раю те воды текут под землею, а когда из рая они вытекают, то тогда пробиваются на поверхность земли.
Ученик вопрошает. Скажи мне, куда стекают те реки?
Учитель. Река Гангия стекает в Индию — с горы, называемой Артабар. И течет она к востоку — в Индийское море. Вторая река Нил, или Геон, стекает с горы, называемой Атлас. Мчится очень быстро. И течет затем двумя путями по Морской земле и по Египетской, вплоть до Александрии. И впадает эта река в великое море. А Тигр и Евфрат стекают в Армению — с горы, именуемой Пархарата. И обе текут в великое море.
Ученик. Какая земля ближе всех прилегает к раю?
Учитель. Святые книги сообщают, что невозможно дойти до рая живому человеку. Из-за того, что рай оцепляют громадные горы и лесные чащи. Перед этими лесами лежит поле, огромное в широту и глубину. На том поле много большущих драконов и иных лютых зверей. И лишь потом начинается Индия — ближе всех к краю земли.
В Индии есть большая река Индус, которая выходит из Кауказовой горы. И течет она в Черное море. Людям очень трудно дойти в ту землю, потому что с одной ее стороны — великое море, а с другой — величайшая река Индус. А у сухопутной границы лежит такое огромное поле, что невозможно его пройти и в четыре года.
В той же земле есть остров Капрофанес — далеко в море. И зеленеет тот остров всегда, круглый год.
Ученик. Удивительно, отчего же остров так зеленеет — всегда?
Учитель. От того, что воздух блаженного рая очень полезен и чрезвычайно благоуханен. Тот воздух, овевая деревья, делает их такими дивными. И этот остров — самый первый вблизи у рая.
В той Индийской земле есть еще два острова: один зовется золотым, а другой — серебряным. В году там бывает по два лета и по две зимы. Подле тех островов — золотая гора. Но не взять того золота людям, потому что около горы охотятся драконы и лютые фригалы.
В той же Индийской земле есть превысочайшая гора Каспинус. За ней — море, зовется Испанским. Между теми морем и горой великий царь Александр Македонский замуровал два племени — страшных людей, называемых Гог и Магог, донельзя отвратительных: едят они всяких ползающих животных — змей и гадов.
В той же Индийской земле есть три громадных горы: Гаралинус, Кроартра, Острас. И деревья на них так высоки, что их сжигает воздух (раскаленный вблизи солнца).
В той же земле Индии есть люди высотой лишь в два локтя. Они сражаются с журавлями. Жены же их рожают детей только три года и не живут больше восьми лет. Те люди сажают перец. Пока растет, он бел. И та земля полна небольшими змеями. И когда приходит время собирать перец, то те люди искусно напускают какого-то дыму. И им прогоняют от себя змей. А перец от того дыма и чернеет.
В Индии есть люди, называемые макры, высотой в 12 локтей. И они сражаются с нагуями, то есть со фригалами. Тот зверь похож на льва. Но имеет крылья и когти, как орлиные.
Около той страны находится другая страна и живут в ней люди, называемые рахманами и гротами. Те люди владеют неким огнем, которым истребляют все, что хотят.
Там есть люди, которые убивают сами своих родных — состарившихся. И устраивают развеселый пир, когда отцов и матерей своих едят. А тех, кто не придет из званых на пир, считают плохими людьми.
Там есть люди, которые едят сырую рыбу и пьют соленое море.
Там есть люди, вернее, звери, потому что имеют человеческие только голос и общий вид. Но обманчиво и это: разные дикие свойства преобладают в них. И хотя они одного с нами естества, я все-таки так не считаю: ведь страшно и ужасно нам видеть их, потому что не видно в них ничего, что отвечало бы нашему целомудрию. И будь они действительно нашего рода, то тогда почему у них такая многообразная дикая наружность и отчего они отлучены от рая? Дело в том, что первым из людей бог создал Адама, и похожими именно на него стали рождаться все люди. А об этих существах не возвещают нам ни древняя библейская книга Бытия, ни иные святые божественные книги.
1.Есть племя таких людей, что их пятки обращены вперед. Вперед спиной поэтому они и ходят. По 18 пальцев у них на руках и на ногах. А головы и ногти у них песьи. А ноги кривые и крупные — ими дерутся они со зверями. И лают, как псы.
2.Там вблизи есть племя неких женщин, — когда они еще могут рожать детей, то тогда сивы. А когда постареют, то тогда становятся черными, и живут до глубокой старости.
3.Там вблизи есть племя женщин, которые за один раз рожают 15 детей.
4.Там есть племя людей, называемых аркамиси-ями и монокулями, имеющих один глаз.
5.Там есть племя людей, именуемых сиклопесями. Они имеют только по одной ноге, а рыщут быстрее летящей птицы. Когда же каждый из них садится или ложится, то той ногой закрывается от зноя и от дождя.
6.Там есть племя людей безголовых, а глаза у них на плечах. И вместо рта и носа — две дырки на щеках.
7.Там есть племя людей у большой реки Гангии, которая течет из рая. В ней те люди находят плоды, что из рая и приплывают. И питаются они свежими ядрами из тех плодов. А иной пищи не хотят. И с теми плодами обращаются очень бережно. Потому что они боятся любого смрадного запаха. И такими благоуханными плодами защищают свою жизнь от всякого смрада. Если же кто-либо из них почует какую-нибудь смрадную вонь, а не окажется у него при себе тех упомянутых плодов, то он сразу помирает, как рыба на суше.
Ученик. Сильный страх должны вызывать эти описанные в книгах люди, — вернее, какие-то животные. Мне тоже они кажутся ужасными и лютыми. Но отчего же они не чинят зла другим людям в нашей части Вселенной?
Учитель. Так уж устроил бог своей силой и мудростью. Те люди не могут увидеть нас. Отделены от нас водами и горами. Да и вместе собраться не могут.
Глава 19. Ученик. А звери живут посреди тех людей?
Учитель. Там есть огромные змеи, называемые слонги и линтывори. Они настолько огромны, что глотают преждеупомянутых людей. И очень быстро могут плавать по морю.
В той же земле есть лютый зверь сентотроха. Голова и тело, как конские. А копыта оленьи. Голени, как воловьи. И рога такие же. Пасть величиной до ушей. И в пасти только один зуб — огромный. Голос же имеет человеческий.
В той же земле есть зверь, названный всякалом. Видом, как мул. И каждое его ухо длиной в сажень, и ушами дерется со зверьми. И когда одним ухом бьет, то другое кладет на хребет. Потом другим бьет, а первое ухо укладывает на хребте.
В той же богатой жизнью Индийской земле есть животное, именуемое лантикус. Видом, как лев. Голова же стоит, как у человека. И быстр, точно как птица.
Тут же недалеко волы имеют только по три ноги.
Глава 20. Там же есть зверь единорог. Голова, как оленья. Но только один рог — длиною в шесть человеческих пядей, и прозрачен, как стекло, и остр, как меч. И очень грозен тот зверь: всякого врага убивает своим рогом.
В той же земле есть и водяные черви, длиною до четырех сажен. Они имеют по две руки, как люди. И так сильны, что, поймав медведицу или иного зверя, утаскивают его в воду и убивают.
В той же земле, ближе к замерзшему морю, никогда не тает снег. И так он толст и крепок, что тамошние люди делают себе из снега большие дома и в них живут. Из той же земли вывозят камень магнит, который притягивает к себе железо. Оттуда же и драгоценный камень адамант, проще говоря, адамас.

Из книги: Бессмертный лотос: Слово об Индии… – М., 1987.
Ничто не грозит спелому плоду, кроме падения;
ничто не грозит рожденному на свет, кроме смерти...
(Древняя индийская мудрость)
PNP
 
Сообщения: 1074
Зарегистрирован: Сб окт 27, 2007 4:44 pm
Откуда: Ленобл

Сообщение Ирк@ » Ср июл 08, 2009 12:17 pm

Класс коллега :P а тема именно книге будет посвящаться, да?
Eсли в жизни человека появилась Индия, то назад дороги нет
Аватара пользователя
Ирк@
 
Сообщения: 85578
Зарегистрирован: Сб дек 01, 2007 11:44 am

Сообщение PNP » Ср июл 08, 2009 12:36 pm

Ирк@ писал(а):Класс коллега :P а тема именно книге будет посвящаться, да?


Нет, конечно, не только.
Еще предполагаю размещать статьи из учебной, научно-популярной литературы, из монографий, а также (самое главное!!!) выдержки из различных исторических источников (древности, Средневековья или нашего времени).
Так что присоединяйся, коллега!
Тему начал в продолжение твоей, так как душа историка просит поделиться с форумчанами теми огромными массивами информации, которая накоплена за долгие годы...
Здесь же предполагается вести словарь исторической терминологии, связанной опять-таки с историей Индии...
Ничто не грозит спелому плоду, кроме падения;
ничто не грозит рожденному на свет, кроме смерти...
(Древняя индийская мудрость)
PNP
 
Сообщения: 1074
Зарегистрирован: Сб окт 27, 2007 4:44 pm
Откуда: Ленобл

Сообщение Ирк@ » Ср июл 08, 2009 12:49 pm

супер просто :P
Eсли в жизни человека появилась Индия, то назад дороги нет
Аватара пользователя
Ирк@
 
Сообщения: 85578
Зарегистрирован: Сб дек 01, 2007 11:44 am

Афанасий Никитин. Хожение за три моря

Сообщение PNP » Чт июл 09, 2009 11:27 am

СЛОВО ПУТЕШЕСТВЕННИКОВ


АФАНАСИЙ НИКИТИН

ХОЖЕНИЕ ЗА ТРИ МОРЯ

(Отрывки)


И есть тут Индийская страна, и люди ходят все голые: голова не покрыта, груди голы, волосы в одну косу плетены. Все ходят брюхаты, детей родят каждый год, и детей у них много. Мужи и жены все черны. Куда бы я ни пошел, так за мной людей много — дивятся белому человеку. (...)
Из Чаула пошли сухим путем до Пали 8 дней, то индийские города; а от Пали до Умру 10 дней — это индийский город; а от Умри до Джунира 6 дней. И живет здесь джунирский, индийский Асад-хан, Мелик-тучаров холоп; говорят, что он держит от Меликту-чара 7 тем. А Меликтучар имеет 20 тем; в течение 20 лет он бьется с кафирами, — то его побьют, то он их часто побивает. Хан ездит на людях; много у него и слонов, и коней добрых. Много также у него людей — хорасанцев, а привозят их из Хорасанской земли, или из Аравийской, или из Туркменской и Чагатайской ; привозят их все морем, в тавах — индийских кораблях.
И привез я, грешный, жеребца в Индийскую землю; дошел же до Джунира благодаря бога здоровым, — стоило мне это сто рублей. Зима у них началась с Троицына дня, а зимовали мы в Джунире, жили 2 месяца; в течение 4 месяцев, и днем и ночью, всюду была вода и грязь. Тогда же у них пашут и сеют пшеницу, рис, горох и все съестное. Вино же у них приготовляют в больших орехах кокосовой пальмы, а брагу — в татне. Коней кормят горохом и варят для них рис с сахаром и маслом; рано утром дают им еще рисовые лепешки.
В Индийской земле кони не родятся; здесь родятся волы и буйволы. На них ездят и товар иногда возят, — все делают.
Город Джунир находится на каменном острове, который никем не устроен, а сотворен богом; один человек подымается на гору целый день, дорога тесна, двоим пройти нельзя. (...)
И в том Джунире хан взял у меня жеребца. Когда же он узнал, что я не бусурманин, а русский, то сказал: «И жеребца отдам и тысячу золотых дам, только прими веру нашу, Мухаммедову; если же не примешь нашей магометанской веры, то и жеребца возьму и тысячу золотых на твоей голове возьму». И учинил мне срок, 4 дня, на Спасов день, в пост пресвятой богородицы. И господь бог смилостивился на свой честный праздник, не лишил меня, грешного, своей милости и не повелел мне погибнуть в Джунире с нечестивыми. В канун Спасова дня приехал хорасанец ходжа Мухаммед, и я бил ему челом, чтобы попросил обо мне. И он ездил к хану в город и уговорил его, чтобы меня в веру не обращали; он же и жеребца моего у него взял. Таково господне чудо на Спасов день. Итак, русские братья-христиане, кто из вас хочет идти в Индийскую землю, тогда ты оставь свою веру на Руси и, призвав Мухаммеда, иди в Индостанскую землю. (...)
Есть у них одно место — гробница шейха Алаеддина в Алянде, где однажды в году устраивается базар, куда съезжается вся Индийская страна торговать и торгуют там 10 дней. От Вид ара 12 ковов. А приводят коней, до 20 тысяч продают, и всякий другой товар свозят. В Индостанской земле это лучший торг; всякий товар продают здесь и покупают на память шейха Алаеддина, на русский праздник Покрова святой богородицы. Есть на том Алянде птица филин, она летает ночью и кричит «гукук»; на которую хоромину она сядет, то тут человек умрет; а кто захочет ее убить, тогда у нее изо рта огонь выйдет. А мамоны ходят ночью и хватают кур; живут они в горе или в каменьях. Обезьяны же живут в лесу, и есть у них князь обезьянский, ходит со своей ратью. И если кто их обидит, тогда они жалуются своему князю, и он посылает на того свою рать. И обезьяны, напав на город, дворы разрушают и людей побивают. Говорят, что рать у них весьма большая и язык у них есть свой; детей они родят много, но, которые родятся не в отца и не в мать, тех бросают по дорогам. Тогда индостанцы их подбирают и учат всякому рукоделью, некоторых же продают, но ночью, чтобы они не смогли убежать назад, а некоторых учат подражать лицедеям. (...)
Город Бидар стережет по ночам тысяча человек, поставленных градоначальником, и ездят все на конях, в доспехах и с факелами. Жеребца своего я продал в Бидаре, а издержал на него 68 футунов, кормил его год. В Бидаре же по улицам ползают змеи, длиною в две сажени. А в Бидар пришел в Филиппово заговенье из Кулунгира, а жеребца своего продал на Рождество. И пробыл я в Бидаре до великого заговенья. Тут познакомился со многими индийцами и объявил им, что я христианин, а не бусурманин, и имя мое Афанасий, по-бусурмански же ходжа Исуф Хорасани. Они не стали от меня таиться ни в чем, ни в еде, ни в торговле, ни в молитве, ни в иных вещах; жен своих также не скрывали. (...)
Индийцы совсем не едят мяса: ни яловичины, ни баранины, ни курятины, ни рыбы, ни свинины, хотя свиней у них очень много. Едят же они 2 раза в день, а ночью не едят; ни вина, ни сыты не пьют. С бусурманами не пьют и не едят. А еда у них плохая, и друг с другом не пьют и не едят, даже с женой. Едят рис да кичири с маслом, да травы разные, а варят их с маслом и молоком. А едят все правою рукою, левою же ни за что не возьмутся; ножа не держат, а ложки не знают. В дороге у каждого по горнцу и варят себе кашу. А от бусурман скрываются, чтобы не посмотрел ни в горнец, ни в еду. Если же бусурманин посмотрел на еду, и индиец уже не ест. А когда едят, то некоторые покрываются платом, чтобы никто не видел. (...)
В месяце мае встретил Великий день в бусурманском Бидаре в Индостане. Бусурмане же встретили байрам в среду месяца мая, а заговел я месяца апреля в 1 день. О благоверные христиане, кто по многим землям много плавает, тот вo многие грехи впадает и лишает себя христианской веры. Я же, рабище божий Афанасий, исстрадался по вере: уже прошли 4 великих заговенья и 4 Великих дня, а я, грешный, не знаю, когда Великий день или заговенье, не знаю, когда Рождество Христово и другие праздники, не знаю ни среды, ни пятницы. А книг у меня нет, когда меня пограбили, то и книги у меня взяли. И я от многих бед пошел в Индию, так как на Русь мне пойти было не с чем, никакого товара не осталось. Первый Великий день встретил я в Каине, другой Великий день в Чепакуре в Мазандеранской земле, третий день в Ормузе, а четвертый Великий день в Бидаре, в Индии, вместе с бусурманами. И тут я плакал много по вере христианской.

Из книги: Бессмертный лотос: Слово об Индии… – М., 1987.
Последний раз редактировалось PNP Чт июл 09, 2009 2:25 pm, всего редактировалось 4 раз(а).
Ничто не грозит спелому плоду, кроме падения;
ничто не грозит рожденному на свет, кроме смерти...
(Древняя индийская мудрость)
PNP
 
Сообщения: 1074
Зарегистрирован: Сб окт 27, 2007 4:44 pm
Откуда: Ленобл

Слово путешественников - Филипп Ефремов

Сообщение PNP » Чт июл 09, 2009 11:33 am

ФИЛИПП ЕФРЕМОВ

ЧЕМ ИНДОСТАН ИЗОБИЛЕН, КАКОВ ВОЗДУХ И ЖИТЕЛИ

Воздух там довольно умеренный в большую часть года, а летом жары чрезмерны. Земля изобильна вещами необходимо нужными, полезными и приятными, а особливо в ней собирается много сарачинского пшена, проса, лимонов, померанцев, винных ягод, гранатовых яблок, индейских орехов, или кокосовых, шелку и хлопчатой бумаги, также имеют рудокопные заводы, золотые и серебряные, алмазы и другие камни и жемчуг; есть и множество слонов, дромадеров, львов, тигров и барсов. Люди от чрезмерных жаров черны, ленивы и весьма сластолюбивы; язык у них для наук арапской, а гузартский употребляют все почти отправляющие купечество.
Какое индейцы имеют платье. Мужской пол ходит наг, головы обвертывают кушаками, на ногах имеют туфли, а на плеча накидывают широкие кушаки; достаточные же отличаются тем, что наподобие жемчужного сделанное из золота ожерелье носят на шее и имеют в одном ухе кольцо, а на пальце перстень.
Женщины на головы накидывают платки, а рубашки имеют самые короткие, кои прикрывают одни только груди; рукава длиною в 2 вершка, юпки длинные и малые башмаки; у достаточных в ушах, ноздрях и на руках золотые кольца.
Чем изобильны полуострова по сю и по ту сторону реки Ганга, каков воздух и жители. Воздух там очень жаркий и народ весьма черный; земля плодоносна, все к пропитанию принадлежащее имеющая, также довольно здесь алмазов и жемчугу, а особливо у берегов Коромандельских; жители сего полуострова весьма грубы, неразумны, ленивы и между ими работают невольники: они большею частью магометане и язычники, есть несколько и христиан. По ту сторону полуострова воздух, состояние земли и обычаи народные почти одни, только меньше жемчугу и дорогих каменьев, в Малаке же воздух чрезвычайно влажен и нездоров.
В Индии всякого звания люди в чем ездят. Ездят там знатные по большей части на слонах, на коих кладутся ящики с зонтиками, а в них ковер и подушка, обитая сукном, подзор же у зонтиков вышит шелком с бахромою золотою, серебряною или шелковою, смотря по достатку.
Прочие делают носилки, то есть ящики вышиною в четверть, длиною в 2, а шириною в полтора аршина с зонтиками и обивают всякими сукнами, с подзорами и бахромками: впереди у ящика утверждено дерево, выгнутое подобно ослиной шее, а сзади прямое выкрашенное краскою. Если сядет человек в них дородный, то спереди и сзади по 4 и по 5 человек носят на себе попеременно; а впереди один идет с тростью для распространения дороги. Другие делают четвероугольную бутку, шириною и длиною в полтора аршина, а вышиною без мала в 2 аршина, обивают кожею и с обеих сторон двери с стеклами, внутри беседка. Сии носилки именуются палки. Лошадей же имеют здесь мало для того, что приводят сюда на продажу из других земель, и они очень дороги, равно как и корм для них, и сходнее иметь 20 человек, нежели одну лошадь.
Во всей же Индии родится сладкий тростник, или камыш, который называют найшакар, и из него делают сахар, и сидят вино про себя и на продажу.
Какая в упомянутых местах вера. Там вера магометанская и языческая. Индейцы веруют в солнце, месяц, звезды, в болванов и во всякую гадину и им жертвы приносят, а именно, верующие в солнце: при восхождении оного входят в реку по колено и глядят на солнце, читают, после плещут к оному вверх воду три раза. В месяц: на восходе оного также глядят и читают и бросают землю вверх три раза. В корову: ежели кто из иноверцев станет бить, оную покупают, а если купить не за что, тогда весьма плачут: они говядины вовсе не едят, а держат только молоко. В болванов, или истуканов, коих ставят по большей части на перекрестках у реки, очертив для своего семейства круглое место, вымазывают коровьим разведенным в воде калом, на средину ставят котел, а как высохнет, садятся все в ту черту и варят тем же навозом пищу; сваривши, едят, потом приходят к болванам, обливают им головы маслом и разведенною в воде краскою или токмо водою. В домах варят пищу таким же образом, и во время варения если кто придет чего просить, тогда им своя пища сделается уже поганою, и отдают ее приходящему, требуя с него за нее денег, чего она им стоит, а если не отдаст, то и суд прикажет заплатить знающему только их обряды, а кто не ведает, не платит.
О погребении. Мертвых у реки сожигают, сожегши, пепел и кости сметают в реку. Иные же больного, не имеющего почти движения и языка, приносят к реке и сажают на землю близ воды, и буде есть жена, дети или родственники, а если нет, то старый человек вместо их возьмет больного за голову и окунет в реку, а как захлебнется, тогда столкнет совсем его в воду.

Из книги: Бессмертный лотос: Слово об Индии… – М., 1987.
Последний раз редактировалось PNP Чт июл 09, 2009 11:53 am, всего редактировалось 1 раз.
Ничто не грозит спелому плоду, кроме падения;
ничто не грозит рожденному на свет, кроме смерти...
(Древняя индийская мудрость)
PNP
 
Сообщения: 1074
Зарегистрирован: Сб окт 27, 2007 4:44 pm
Откуда: Ленобл

Е.П.Блаватская. Из пещер и дебрей Индостана

Сообщение PNP » Чт июл 09, 2009 11:50 am

Е. П. БЛАВАТСКАЯ

ИЗ ПЕЩЕР И ДЕБРЕЙ ИНДОСТАНА
(Отрывок)


Прим. - Все сноски (*) мною вставлены в текст статьи. - ПНП.

Прошло едва 25 лет с тех пор как Матеран, — громадная масса различных родов трапа, большею частью сильно кристаллизованного, — был впервые попран ногой белого человека. Под самым боком Бомбея, всего в нескольких милях от Кхандалы (летней резиденции европейцев), грозные вершины этого великана долго считались совершенно неприступными. К северу его гладкая и почти перпендикулярная стена возвышается на 2450 футов над долиной реки Пен; а еще выше возносятся до облаков бесчисленные вершины отдельных скал, холмы, покрытые дремучим бором и пересеченные долинами и пропастями. В 1854 году железная дорога пронизала один из боков Матерана и теперь доходит до подножия последней горы, останавливаясь в Нареле, котловине, где еще недавно была одна только пропасть. Оттуда до верхней площадки остается около 8 миль, и туристу приходится выбирать между пони, паланкином, закрытым либо открытым, смотря по вкусу.
Так как мы приехали в Нарель только к шести часам пополудни, то последний способ представлял маленькое неудобство: цивилизация одолела неодушевленную природу, но до сих пор еще, невзирая на весь деспотизм властелинов, не могла преодолеть ни тигров, ни змей. Если первые удалились в более непроходимые трущобы, зато змеи всевозможных родов, особенно кобры и коралилло, живущие предпочтительно на деревьях, царствуют в матеранских лесах как и во времена оны, и ведут против узурпаторов настоящую гверильясскую войну. Горе запоздавшему пешеходу или даже всаднику, проезжающему под деревом, на котором засела такая змея! Кобры и другие пресмыкающиеся по земле породы редко нападают на человека, разве что в случае, если неосторожная нога наступит на них; вообще же они бегут и прячутся от людей. Но эти лесные гверильсы, кустарные змеи, выжидают жертв. Едва голова человека поравняется с ветвию дерева, на котором приютился «враг человечества», как, укрепясь за ветку хвостом, змея ныряет всею длиной туловища в пространство и жалит человека в лоб. Этот любопытный факт, долго считавшийся вымыслом, теперь проверен и принадлежит к фактам естественной истории Индии. В подобных случаях туземцы видят в змее посланника смерти и исполнителя воли кровожадной Кали, супруги Шивы* (*Шива – в мифологии индуизма бог-разрушитель, уничтожающий Вселенную в конце каждого мирового периода, после чего Бог-творец Брахма создает новую Вселенную, которая, в свою очередь будет разрушена Шивой, и т.д. Вместе с Брахмой и Вишну является одним из трех главных богов индуистского пантеона).
Последний раз редактировалось PNP Чт июл 09, 2009 11:52 am, всего редактировалось 1 раз.
Ничто не грозит спелому плоду, кроме падения;
ничто не грозит рожденному на свет, кроме смерти...
(Древняя индийская мудрость)
PNP
 
Сообщения: 1074
Зарегистрирован: Сб окт 27, 2007 4:44 pm
Откуда: Ленобл

Сообщение PNP » Чт июл 09, 2009 11:52 am

Но вечер после знойного дня был так обаятелен, а лес манил нас издалека такою прохладой, что мы решились рискнуть. Среди этой дивной природы, где так и тянет стряхнуть с себя земные оковы, обобщиться с нею жизнью беспреградною, и самая смерть в Индии является привлекательною.
К тому же после восьми часов вечера всходила полная луна, и нам предстояло трехчасовое путешествие в гору в одну из тех лунных тропических ночей, за которые туристы готовы приносить всевозможные жертвы и которые одни только истинные великие художники и способны описать.
Молва начинает громко произносить имя нашего В. В. Верещагина как одного из тех немногих художников, которые сумели передать на полотне всю прелесть лунной ночи в Индии...
Пообедав на скорую руку в дак-банглоу* (*почтовой станции), мы потребовали наши кресла-носилки. Нахлобучив покрепче на лбы наши топи (тропический шлем от солнца) с их широкими, крышей спускающимися на глаза и затылок полями, мы отправились в 8 часов вечера в путь. Восемь кули, одетых по обыкновению в «виноградные листья» из тряпок, подхватили каждое кресло и с гиком и криком, бессменными спутниками индусов, пустились в гору. За каждым креслом бежали по восьми человек переменных носильщиков, итого, не считая индусов со слугами верхом, 64 человека: армия, способная спугнуть любого забредшего из джонгля* (*джунгли) леопарда или тигра, словом, всякого зверя, исключая только наших бесстрашных «кузенов» по прадедушке Хануману* (*мифический обезьяний полководец, друг и соратник Рамы). Едва мы повернули из аллеи в лесок у подножия горы, как несколько десятков этих родственников присоединились к нашему шествию. Благодаря заслугам союзника Рамы обезьяны считаются в Индии священными, почти неприкосновенными. Правительство, следуя в этом старинной мудрости Ост-Индской компании, запрещает трогать их или даже прогонять их из городских садов, а тем менее из принадлежащих им по праву лесов. Перескакивая с одной ветки на другую, стрекоча как сороки и делая страшнейшие рожи, они, как ночные кикиморы, преследовали нас почти во всю дорогу. Облитые светом полной луны, они висели как русалки на деревьях и, далеко забегая вперед, поджидали нас на поворотах дороги, словно указывая нам путь. Один младенец-макашка так и свалился ко мне в ноги на носилки. В одно мгновение ока родительница его, бесцеремонно перескакивая по плечам носильщиков, явилась тут же и, прицепив младенца к груди, скорчила мне самую богопротивную гримасу... и была такова.
Ничто не грозит спелому плоду, кроме падения;
ничто не грозит рожденному на свет, кроме смерти...
(Древняя индийская мудрость)
PNP
 
Сообщения: 1074
Зарегистрирован: Сб окт 27, 2007 4:44 pm
Откуда: Ленобл

Сообщение PNP » Чт июл 09, 2009 12:00 pm

— Бандры (*обезьяны) всегда приносят своим присутствием счастье, — заметил мне в утешение за измятую топи один из индусов. — К тому же, если мы видим их здесь ночью, то можем оставаться спокойными: на десять миль кругом нет ни одного тигра...
Все выше и выше поднимались мы по крутой извилистой тропе; а лес становился все гуще, темнее и непроходимее... Под чащей иногда становилось темно, как в могиле; пробираясь под вековыми баньянами, невозможно было различить в двух вершках собственный палец. Мне казалось непонятным, чтобы люди шли тут иначе как ощупью; но кули даже ни разу не споткнулись, а, напротив, прибавили шагу. Все, как бы сговорясь, молчали в такие минуты; среди этого тяжелого, окутывающего нас как флером мрака, слышалось лишь короткое, прерывистое дыхание носильщиков да мерная, мелко выбиваемая дробь нервных шажков их босых ног по каменистому грунту тропинки... Делалось больно, стыдно за человечество, или скорее за ту часть человечества, которая способна была превратить другую во вьючных животных. И эти несчастные, с одного конца года до другого, получают за подобную работу по 4 анны* (*современное написание – ана. Медная монета, 1/16 рупии. Вышла из употребления в 1957 году) в день на человека: 4 анны, то есть менее 8 коп. в сутки за совершение путешествия вверх и вниз на 8 миль в конец, не менее двух раз или четырех концов, что составляет 32 мили на возвышенности 1500 футов и к тому же с ношею на шеях в 6 пудов!.. Впрочем, в Индии, стране, застывшей в вековых обычаях, где все идет по одному шаблону, 4 анны — законная плата за день какой угодно работы. Призовите искусного поденщика-ювелира, и он сядет, поджав ноги, на пол без всяких инструментов, кроме щипцов и крошечной железной печи, и создаст вам, из вашего золота и по данному рисунку, украшение, достойное мастерской фей. За это, то есть за 10 часов работы, он потребует 4 анны...
Но вот чаще и чаще стали попадаться просеки и открытые площадки, где становилось светло, как днем. Миллионы кузнечиков трещали по лесу, наполняя воздух металлическим звуком, напоминающим гудение губной гармоники; гоготали совы, и стаи испуганных попугаев метались с одного дерева на другое. По временам доносилось до нас издалека, из глубины поросшей дремучим лесом пропасти, долгое, громоподобное рычание тигра, могучий рев которого, по словам шикари (*охотников), можно слышать в тихую ночь за много миль. Освещенная, словно бенгальским огнем, панорама изменялась при каждом повороте. Реки, поля, леса и скалы, расстилаясь у ног наших на необозримом пространстве, волновались, дрожали, облитые серебряным светом, переливались как волны марева... Фантастичность этой картины просто захватывала дух; кружилась голова, когда заглядывали мы в эти глубины на 2000 футов вниз, при неверном свете луны; а бездна так и тянула к себе...
Ничто не грозит спелому плоду, кроме падения;
ничто не грозит рожденному на свет, кроме смерти...
(Древняя индийская мудрость)
PNP
 
Сообщения: 1074
Зарегистрирован: Сб окт 27, 2007 4:44 pm
Откуда: Ленобл

Сообщение PNP » Чт июл 09, 2009 12:02 pm

Один из наших спутников (американец), ехавший верхом, принужден был сойти с лошади и пойти пешком, боясь невольно поддаться влечению и нырнуть в бездну головой вниз. Несколько раз мы встречали спускавшихся с Матерана совершенно одиноких мужчин и даже молодых женщин, возвращавшихся с поденной работы на горе в свои села. Но случается нередко, что ушедший накануне человек не возвращается более и пропадает без вести. Полиция хладнокровно решает, что его унес тигр или убила змея, и исчезновение предается тут же забвению: что может значить одна личность более или менее среди 240 миллионов народонаселения Индии? Но странно поверье, существующее между племенами Декана, сгруппированными вокруг этой таинственной и доселе во многих местах еще не исследованной горы. Поселяне уверяют, будто, несмотря на число погибающих в горах, никогда еще не было найдено в лесу ни одного скелета: покойник, будь он целым или обглоданным тиграми, тотчас же переходит во владение обезьян; они собирают кости и хоронят их в глубоких ямах, зарывая так искусно, что не остается и малейшего следа. Англичане смеются над этим поверьем, но полиция не отрицает бесследного исчезновения тела. При прорытии горы для железной дороги найдено, на удивительной глубине, несколько скелетов, сохранивших как бы измятые зубами зверей и переломанные браслеты и серебряные украшения на руках, ногах и шеях. Эти украшения доказывали, что их владельцев зарывали не люди, так как ни религия индусов, ни жадность их не допустила бы их до этого... Неужели же в царстве животных, как и между людьми, рука руку моет?
Ничто не грозит спелому плоду, кроме падения;
ничто не грозит рожденному на свет, кроме смерти...
(Древняя индийская мудрость)
PNP
 
Сообщения: 1074
Зарегистрирован: Сб окт 27, 2007 4:44 pm
Откуда: Ленобл

Сообщение PNP » Чт июл 09, 2009 12:05 pm

Переночевав в португальской гостинице, свитой как орлиное гнездо из бамбука и прилипшей к почти перпендикулярно обрывающемуся боку скалы, мы встали с рассветом и, обойдя все знаменитые красотой points de vue* (*точки обзора – франц.) , тотчас же собрались в обратный путь.
Днем панорама являлась еще великолепнее: недостаточно целых томов для ее описания. Не будь горизонт замкнут с трех сторон истерзанными гребнями горных хребтов — все плато Декана явилось бы перед глазами. Бомбей — как на ладони; лиман, отделяющий город от Сальсеты, кажется тонкою серебристою струйкой. Как змея извивается он кольцами по направлению к гавани, окружает Канери и другие острова, разбросанные словно горошинки по светлой скатерти вод, пока наконец не сливается нестерпимо блестящею линией с далеким горизонтом Индийского океана. С другой стороны северный Конкан, замыкаемый хребтом Таль-Гхат; иглообразные верхушки скал Джано-Маоли, и наконец, зубчатый кряж Фунелля, грозный силуэт которого, словно замок сказочного великана, обрисовывает свои темные линии на далекой, дымчатой синеве неба.
Тому, кто совершал несколько раз перевал через Кавказские горы и следил за громом и молнией под ногами с Крестовой горы, кто побывал на Альпах и посетил Риги, знаком с Андами и Кордильерами и обходил все углы Катскильских гор в Соединенных Штатах, — тому, надеюсь, будет дозволено выразить свое скромное на этот счет мнение. Быть может, Кавказские горы и величественнее и в отношении красоты нисколько не уступают Гхатам* (*Гхаты или Гаты – горные хребты в Индии) Индии, но та красота чисто условная, классическая, если можно так выразиться; она внушает восторг, но вместе с тем и страх: человек чувствует себя пигмеем пред этими титанами природы. Но в Индии, за исключением Гималаи, чувство, возбуждаемое горными видами, совершенно другого рода. Самые высокие вершины нагорной равнины Декана, как и трехугольной цепи, обрамляющей северный Индостан, и даже Восточных Гхат, не превышают 3000 футов. В одних только Западных Гхатах, расстилающихся вдоль всего Малабарского берега от мыса Коморина до реки Сурата, найдутся вершины в 7000 футов над уровнем моря. Поэтому не с белым как лунь дедушкой Эльборусом* (*Эльбрусом), или Казбеком, вышиной в 15—16 000 футов, мы позволим себе сравнить горы Индостана. Главная и совершенно своеобразная прелесть последних состоит в изумительно прихотливой их форме. Эти горы или скорее отдельные вулканические скалы, иногда тесно прижатые друг к другу, тянутся хребтами; но чаще всего, к великому затруднению геологов, разбросаны безо всякой видимой причины в самых неподходящих к ним по грунту местностях. На каждом шагу пространные долины, замкнутые, как стеной, высокими скалами, по кряжу которых часто пролегает железная дорога. Взгляните вниз: вам померещится, будто перед вами мастерская прихотливого титана-ваятеля, наполненная разнообразными полуоконченными группами, статуями, памятниками... Вот невиданная птица, распустив крылья и разинув пасть дракона, сидит на голове чудовища в 600 футов вышины; возле нее бюст человека в зубчатом, как стена феодального замка, шлеме; далее сказочные, пожирающие друг друга животные, безрукие статуи, шары, наваленные кучами, одинокие стены с бойницами, переломленные мосты и башни. Все это перепутано, разбросано; все с каждым новым шагом изменяет форму, как призрачные видения во время лихорадочного сна... А главное, нет здесь ничего искусственного; все это чистая игра природы, которою при случае и пользовались древние строители. Человеческое искусство в Индии следует чаще искать внутри, чем на поверхности земли. Как бы стыдясь или считая грехом соперничать с изваяниями природы, индусы редко строили свои древние храмы иначе, как в недрах земли. Выбрав, например, пирамидально заостренную скалу или куполообразный холм, как в Элефанте и Карли, они выдалбливали их, по преданию Пуран, в продолжение веков, по планам, грандиозность которых превышает все понятия современной архитектуры и теперь совершенно ей недоступна.
Ничто не грозит спелому плоду, кроме падения;
ничто не грозит рожденному на свет, кроме смерти...
(Древняя индийская мудрость)
PNP
 
Сообщения: 1074
Зарегистрирован: Сб окт 27, 2007 4:44 pm
Откуда: Ленобл

Сообщение PNP » Чт июл 09, 2009 12:07 pm

Из Нареля проезд в Кхандалы совершается по железной дороге, напоминающей своею удивительною постройкой такую же дорогу из Генуи вверх чрез Апеннинские горы. Это путешествие скорее можно назвать «воздушным», нежели сухопутным. Дорога проходит на возвышении 1400 футов над Конканом, и в иных местах одна сторона рельсов проложена на острых гребнях скал в то время, как другая опирается на своды арок; один виадук в Мали-Кхинде возвышается на 163 фута. В продолжение двух часов мы летели между небом и землей, окруженные с обеих сторон пропастями, густо заросшими цветущими манговыми деревьями и бананами. Надо отдать справедливость английским инженерам: они строят великолепно.
Переезд через Бхор-гхат совершен благополучно, и мы в Кхандалах. Наш банглоу* (*англ. – дом с верандой, бунгало) построен на окраине пропасти, глубину которой тщательно скрыла природа самою роскошною растительностью. Все в цвету, и одной этой бездонной ямы стало бы на всю жизнь ботаника. Пальмы исчезли; они растут лишь на морских берегах, и их заменили баньяны, манго, пипаль (Ficus religiosa), смоковницы и тысячи других деревьев и кустарников, пород для нас, профанов, неведомых. Флора Индии была не раз оклеветана: ее обвиняли в том, что цветы ее прекрасны, но без запаха. Быть может, в известные сезоны замечание окажется справедливым; но пока цветет жасмин и различных родов бальзамины, белая тубероза и золотистая чампа — царь по величине меж цветущими деревьями, то это совершенная неправда. От одного запаха чампы, растущей обыкновенно на гористых местностях и цветущей, как алоэ, один раз каждые сто лет, может закружиться голова; а в этот год сотни таких деревьев цвели на Матеране и Кхандалах.
Ничто не грозит спелому плоду, кроме падения;
ничто не грозит рожденному на свет, кроме смерти...
(Древняя индийская мудрость)
PNP
 
Сообщения: 1074
Зарегистрирован: Сб окт 27, 2007 4:44 pm
Откуда: Ленобл

След.

Вернуться в Индийская мозаика, словари, новости

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 0

Loading...